Лобсанг Рампа «Три жизни» ... На твоем месте я бы вернулся домой и еще пару книжек написал».
Ошо «Не-ум – Цветы вечности»... По другому поводу, когда Дайджи подметал двор.



Главы жизни

И вообрази кого-то, говорящего ему, что все, что он видел прежде – это иллюзия, что с этого момента он подошел к реальному бытию, и то, как он смотрит, – более правильно, и видит он более реальные вещи, – каким будет его ответ? Дальше можно вообразить, что его инструктор указывает на предметы, которые проносятся мимо и просит его назвать их – разве у него не возникнет трудностей? Разве он не вообразит, что тени, которые он видел всю свою жизнь, более реальны, чем те предметы, которые ему показали?
 – Да уж, куда более реальны.
 
 – И если его вынудят посмотреть на свет, разве его глазам не станет так больно, что он сразу же отвернется, чтобы найти убежище в предмете, который он может безболезненно рассматривать и который для него выглядит более ясным, чем тот, который ему только что показали?
 – Правильно, – сказал он.
 
 – И снова представим, что он не по своей воле вытащен по крутой и неровной лестнице и насильно поставлен под прямые лучи солнца. Не кажется ли тебе, что ему будет больно, и глаза его будут раздражены, свет, который попадет ему в глаза, просто ослепит его, и он не сможет увидеть ни одну из реально существующих вещей, которые, как ему сказали, истинны?
 – Не все сразу, – сказал он.
 
 – Он попросит дать ему привыкнуть к освещению верхнего мира. И первое, что он лучше всего будет видеть – это тени, следующее – это отражения людей и других объектов на воде, а уже потом – сами предметы; потом он сможет выходить под свет Луны и звезд, и он будет видеть небо и звезды ночью лучше, чем Солнце и солнечный свет днем. – Безусловно.
 
 – И наконец, он сможет видеть солнце, не просто его отражение на воде, но он будет видеть само солнце на его настоящем месте, а не где-нибудь в другом, например в отражении, и он сможет познавать его природу.
 
 – Безусловно.
 
 – И после этого он убедится, что Солнце является причиной смены времен года и лет вообще и что это добрый гений всего, что составляет видимый мир. Оно в определенной мере тоже является причиной всех тех вещей, которые он видел прежде, а его товарищи привыкли видеть до сих пор.
 
 – Ясно, – сказал он, – он что-то поймет вначале, а что-то – потом.
 
 – А когда он вспомнит свое прошлое существование, и мудрость пещеры, и своих товарищей-заключенных, не думаешь ли ты, что он будет счастлив в связи с этими переменами и ему станет жаль остальных?
 – Конечно же, так и будет.
 
 – И если они прославляют тех, кто быстрее других замечает, лучше других запоминает и может рассказать, какая из теней прошла прежде, какая последовала за ней, какие двигались рядом, думаешь, ему будет интересна такая слава и почет или зависть по отношению к ее обладателю?
 – Разве он не скажет, как говорил Гомер: „Лучше быть бедняком и иметь бедного хозяина“ – и предпочтет терпеть еще очень многие лишения, вместо того чтобы думать и жить как они?
 – Да, – сказал он, – да, я думаю, что он предпочтет новые страдания, чем старую жизнь.
 
 – Вообрази снова, – сказал я, – что этот человек внезапно попадает в свое старое положение и больше не видит солнца. Разве он не решит, что его глаза застелил мрак?
 – Совершенно верно, – сказал он.
 
 – И если бы возник спор, и он должен был бы состязаться в рассматривании теней с заключенными, которые никогда не покидали пещеры, пока его глаза еще не привыкли к пещере и он плохо видит (а время, которое потребуется ему, чтобы снова приспособиться к образу жизни в пещере, может быть довольно продолжительным), и разве он не будет выглядеть смешным?
 – Без сомнений, – сказал он.
 
 – Сейчас ты можешь присовокупить эту аллегорию к предыдущим аргументам, – сказал я. – Тюрьма – это видимый мир, свет огня – это солнце, подъем человека на поверхность и его прозрение можно рассматривать как развитие души в интеллектуальном мире.
 
 И ты поймешь, что те, кто достиг этого дающего блаженство видения, не пожелают снова возвращаться к человеческим страхам; их души торопятся подняться к высшим мирам, в которых так прекрасно жить. И разве не странно выглядит человек, который отвлекся от божественного созерцания и вернулся к мирским занятиям, ведь его поведение непривычно и смешно для окружающих?
 – В этом нет ничего удивительного, – ответил он.
 
 – Любой, кому присущ здравый смысл, вспомнит, что путаница перед глазами бывает двух видов и возникает в двух случаях; или если уходишь от света, или если выходишь на свет – это истинно для духовного зрения так же, как и для телесного. И тот, кто всегда помнит об этом, когда смотрит в душу того, чье видение запутанное и слабое, не станет смеяться; он прежде спросит, пришла эта душа из более светлой жизни и не в состоянии видеть, потому что не привыкла к темноте, или пришла она из темноты на свет земной и ослеплена ярким светом. А потом он определит, кто счастлив в этом состоянии и в таких условиях жизни.




 ГЛАВА 5 РИСОВАНИЕ С ПОМОЩЬЮ СЛОВ


 В свете полной луны древние стены слабо отливали белым, а их яркие черные тени стелились вдоль посыпанной тщательно укатанным гравием подъездной аллеи.


  < < < <     > > > >  


Метки: расслабление саморазвитие жизнь

Похожие записи:

Мистицизм
Не думай как человек